1/16 секунды
Возьмем в руку открытку или какой-нибудь другой кусок плотной тонкой бумаги и проведем по ее краю зубьями расчески. Мы услышим тон некоторой определенной частоты. Если движение руки с расческой ускорить, то тон повысится. Замедление движения руки будет сопровождаться понижением тона.
Но замедлять движение руки с расческой можно только до определенного предела. Когда этот предел будет достигнут, мы перестанем различать тон. Он как бы распадается на отдельные щелчки или стуки, мы будем слышать не тон низкой частоты, а ряд отдельных стуков.
Наше ухо устроено так, что оно перестает разделять звуки в том случае, если интервал между ними меньше 1/15 — 1/16 секунды. Два звука, разделенные интервалом меньше 1/16 секунды, сливаются в один. Если промежуток между звуками будет, больше 1/16 секунды, то звуки «оторвутся» друг от друга.
В нашем примере с расческой тон при замедлении движения руки распадается на отдельные стуки, которые мы слышим потому, что они представляют собой негармонические колебания. Если бы мы производили опыт не с открыткой и расческой, а с телом, способным колебаться гармонически, например струной, то мы просто перестали бы слышать звук тогда, когда его тон понизился бы до 15—16 колебаний в секунду.
Интересно, что то же число (1/16) определяет важный порог восприятия и у глаза. Оно характеризует инерционную способность глаза. Наш глаз сохраняет раздражение в течение примерно 1/16 секунды. Если видимое движение распадается на отдельные рывки, но интервалы между ними меньше 1/16 секунды, то мы не различаем рывков и движение кажется нам плавным. На этой особенности глаза основано кино. При передаче более 15— 16 кадров в секунду мы уже не замечаем «пульсации» движущихся на экране изображений предметов и людей; движение представляется нам плавным и непрерывным. Но если передать в секунду меньше 15 кадров, то человек на экране уже не будет двигаться плавно; мы начнем различать, что его движение состоит из отдельных рывков или скачков.